Бесплатная горячая линия

8 800 700-88-16
Главная - Семейное право - Семейное законодательство дореволюционной россии

Семейное законодательство дореволюционной россии

Брачно-семейное право России от петровских времен до начала XIX века

Семейное право дореволюционной России прошло долгий путь развития, представляя результат действия русского обычного права, византийских светских законов, церковного права и европейского законодательства. Важные изменения в сфере семейного права произошли в XVIII в., когда на развитие русского законодательства большое влияние оказало европейское право.

Именно с этого времени

«стало чувствоваться сильное влияние государства в семейной жизни»

. Главной особенностью семейного права являлась значительная роль церкви в регулировании брачно-семейных норм. Церковь, в частности, регулировала заключение, расторжение брака и внутрисемейные отношения.

Как писал специалист по семейному праву А.И. Загоровский, «на теперешнее состояние семейного права у народов христианских возымела весьма сильное влияние христианская религия, для которой семья всегда была предметом особых забот и попечения. Это влияние сказалось как на определении условий заключения и расторжения брака, так и на форме его.

В известной мере оно отразилось и на определении взаимных личных отношений между членами семьи». В то же время значительная роль церкви не означала устранения государства от регламентирования брачно-семейных отношений. Как отмечалось в то время,

«современное семейное право развивается при весьма деятельном участии государства, которое, изъявши из рук церкви брачное право, строит его на началах общекультурных, не связанных с вероисповедными различиями, а в других отделах семейного права стремится провести принципы равноправия и покровительства и защиты слабейших членов семейного союза»

.

Законы, регламентирующие брачно-семейные отношения, содержались в томе X Свода законов Российской империи — «Своде законов гражданских», в первой книге Свода, озаглавленной «О правах и обязанностях семейственных». Книга первая содержала следующие разделы: «О союзе брачном», «О союзе родителей и детей и союзе родственном», «О опеке и попечительстве в порядке семейственном». Часть законов, регулировавших имущественные отношения в семье, содержалась также в третьей книге «Свода законов гражданских» — «О порядке приобретения и укрепления прав на имущество в особенности».

Реформы Петра I положили начало новому периоду в развитии семейного права.

Прежде всего, усиливается роль светского законодательства, в основном императорских указов, служащих для восполнения пробелов в каноническом праве.

Решающее значение стало придаваться добровольности вступления в брак. По указу Петра I, действовавшему, правда, непродолжительное время, родственники лиц, вступающих в брак, обязаны были приносить присягу в том, что не принуждали жениха и невесту к браку. Это положение затем получило закрепление в Своде Законов Российской Империи.

Статья 12 Законов гражданских указывала, что

«брак не может быть законно совершен без добровольного и непринужденного согласия сочетающихся лиц»

. Указом 1722 г. было запрещено женить

«дураков, которые ни в науку, ни в службу не годятся»

.

Указом 1714 г. Петр попытался ввести образовательный ценз для дворян, вступающих в брак, требуя при венчании справки о знании арифметики и геометрии.

Но эта попытка также не увенчалась успехом.

При Петре I обручение становится расторжимым. Запрещается снабжать его сговорной записью и включать в нее условие о неустойке (заряде) на случай, если брак не состоится. В дальнейшем это положение получило развитие в Своде Законов.

Часть 2 статьи 12 Законов гражданских гласила, что брак не может быть предметом гражданско-правовых сделок, и потому обещание вступить в брак может быть свободно не выполнено без всяких последствий для обещавшего.

В 1775 г. обручение сливается по времени с венчанием.

В 1721 г. православные христиане впервые получили в России возможность вступать в браки с христианами других конфессий. Это нововведение было связано с тем, что после войны России со Швецией Петр I хотел поселить пленных шведов в Сибири и привлечь их к ее освоению, дав им российское гражданство. Однако по законам того времени они не могли вступить в брак с православными, не приняв предварительно православную веру.

В связи с этим и было установлено правило (существующее в каноническом праве и в настоящее время) о том, что христианин другой конфессии вправе вступить в брак с православным, дав подписку о том, что он не будет совращать православного супруга в свою веру и обязуется воспитывать детей в православии.

В 1810 г. Синод составил перечень запрещенных степеней родства. Согласно каноническим правилам запрещались браки восходящих, нисходящих родственников, а также боковых родственников до седьмой степени включительно. До такой же степени запрещались и браки между свойственниками. Светское законодательство распространило ограничения только до четвертой степени бокового родства и свойства.
Светское законодательство распространило ограничения только до четвертой степени бокового родства и свойства.

Препятствием к браку по-прежнему оставалось и духовное родство.

В 1744 г. Указом Синода были запрещены браки для лиц старше 80 лет.

«Брак от Бога установлен, — гласит Указ, — для продолжения рода человеческого, чего от имеющего за 80 надеяться весьма отчаянно»

.

В 1830 г. повышается возраст для вступления в брак до 18 лет для мужчин и 16 лет для женщин. Для вступления в брак необходимо было получить согласие родителей независимо от возраста жениха и невесты (статья 6 Законов гражданских). Брак, заключенный без согласия родителей, тем не менее, признавался действительным, но дети лишались права наследовать имущество родителей по закону, если родители их не простили.

Лица, состоявшие на гражданской или военной службе, обязывались получить согласие на брак своего начальства (статья 9 Законов гражданских). За брак, заключенный без такого разрешения, они подвергались дисциплинарному взысканию. Несоблюдение постановлений о брачном возрасте являлось нарушением не только гражданских законов, но также и уголовных.

«Уложение о наказаниях» в статье 1563 определяло, что за вступление в брак прежде или позднее определенного законами церковными или государственными возраста сочетавшиеся лица и согласившиеся на то заведомо или побудившие к тому родители, опекуны или старшие родственники подвергаются заключению в тюрьму на срок от 2-х до 4-х месяцев или аресту от 4-х недель до 3-х месяцев.

Законодательство того периода знает и случаи ограничения брачной правоспособности в судебном порядке. Приговором суда запрещалось вступать в брак лицам, осужденным за двоебрачие, а также тому из супругов, брак с которым был расторгнут из-за его неспособности к брачной жизни.

Заключение брака с 1775 г. могло производиться только в приходской церкви одного из вступающих в брак.

Венчанию по-прежнему предшествовало оглашение. Брак заключался при личном присутствии жениха и невесты.

Исключение делалось лишь для лиц императорской фамилии, венчающихся с иностранными принцессами.

Согласно статьи 31 Законов гражданских, брак мог быть признан недействительным при совершении его в результате насилия или при сумасшествии одного или обоих супругов. Недействительным являлся и брак между лицами, состоявшими в запрещенных степенях кровного или духовного родства или свойства; при наличии другого нерасторгнутого брака; с лицом старше 80 лет; с лицом духовного сословия, обреченным на безбрачие; православных с нехристианами.

Если брак заключался с лицом, не достигшим брачного возраста, установленного светским законодательством (16 и 18 лет), но достигшим канонического брачного возраста (13 и 15 лет), супруги разлучались до наступления возраста, предусмотренного светским законом. После этого они могли снова выразить свою волю и продолжать брак, который признавался действительным. Право требовать признания брака недействительным по данному основанию принадлежало только несовершеннолетнему супругу по достижении совершеннолетия.

Развод в период империи становится все менее свободным. Развод по взаимному согласию прямо запрещается статье 46 Законов гражданских.

Поводами к разводу являлись: прелюбодеяние любого из супругов; двоебрачие; неспособность к брачному сожитию; безвестное отсутствие супруга свыше 5 лет, если оно не было вызвано виновным поведением оставшегося супруга; покушение на жизнь супруга; принятие монашества; ссылка в каторжные работы с лишением всех прав состояния. В допетровскую эпоху ссылка не оказывала влияния на брак, и жена следовала за сосланным мужем.

Начиная с 1720 г. жены ссыльных могли оставаться в своих имениях, полученных в приданое. Однако до 1753 года развода в этом случае не требовалось. Брак считался прекращенным автоматически с момента вынесения приговора уголовным судом, как если бы сосланный супруг умер.

Это было связано с тем, что ссылка на каторгу сопровождалась лишением всех прав состояния и считалась гражданской смертью. С 1753 г. стало необходимым ходатайствовать о разводе с осужденным супругом.

Процедура развода в императорской России была очень сложной.

Бракоразводный процесс осуществлялся судами Духовных консисторий. Сам процесс носил смешанный состязательно-розыскной характер.

Решение выносилось на основании формальной оценки доказательств, то есть решающее значение придавалось не убедительности доказательств для судей, а наличию строго определенных доказательств, которыми, например при прелюбодеянии, являлись показания двух или трех свидетелей-очевидцев. Само по себе признание супругом, совершившим прелюбодеяние, своей вины не принималось во внимание, если оно не подтверждалось формально необходимыми доказательствами.

На практике это приводило к многочисленным злоупотреблениям и часто вынуждало к подкупу лжесвидетелей.

Прелюбодеяние являлось одновременно уголовным преступлением и могло рассматриваться также уголовным судом по жалобе другого супруга. Суд вправе был подвергнуть виновного тюремному заключению на срок от трех до восьми месяцев, а его соучастника — на срок от двух до четырех месяцев, если он был холост, и на срок от четырех до восьми месяцев, если он состоял в браке. Одновременное возбуждение уголовного дела и дела о разводе не допускалось, так как развод тоже считался наказанием, а за одно и то же преступление лицо не могло наказываться дважды.

У невиновного супруга оставалось право выбора между уголовным преследованием и сохранением брака или разводом.

Виновному в прелюбодеянии супругу после развода разрешалось вступить в новый брак только после церковного покаяния. В случае многобрачия было возможно и уголовное наказание, и признание брака недействительным в духовном суде.

При этом уголовный суд, особенно после введения суда присяжных, основываясь на свободной оценке доказательств, мог вынести приговор, противоречащий решению духовного суда, связанному формальной оценкой доказательств. Дореволюционная Россия так и не дошла до создания единого для всех подданных законодательства о браке.

Российское брачное законодательство, и светское, и каноническое, всегда строилось на основании религиозных правил.

Поэтому лица разных вероисповеданий и конфессий попадали под действие различных законов в зависимости от предписаний своей религии.

Становление и развитие брачно-семейного законодательства в дореволюционной России тема диссертации и автореферата по ВАК РФ 12.00.01, кандидат юридических наук Левшин, Эдуард Михайлович

Заключение Диссертационное исследование проблемы становления и развития брачно-семейного законодательства в России на протяжении тысячелетия позволило сделать выводы, которые обобщают результаты теоретического анализа исто-рико-правовых явлений и обсуждают некоторые их закономерности.

1. Особенностью становления брачно-семейного законодательства в России являлось правовое обеспечение брака как общественного и гражданского института не столько для продолжения рода, сколько для воспроизводства возможности рода продолжаться.

Законодатель определил условия брачного союза таким образом, чтобы «естественные, природные, биологические» отношения мужчины и женщины могли быть управляемы, т. е. могли искусственно воспроизводиться. Очевидно, что эффективность правового регулирования брачно-семейных отношений существенно зависит от того, как оно учитывает «естественные» условия продления рода, а именно: объективные, социальные и духовные.

Первые — учитывают объективную возможность рождения здорового потомства (физическую и физиологическую зрелость мужчины и женщины); вторые — устанавливают тождество механизмов регуляции отношений в брачном союзе механизмам регуляции всех иных социальных союзов, социальных отношений; третьи (духовные) — исходят из единства духовной культуры лиц, вступающих в брак, что позволяло транслировать рождающимся в таком браке детям свое видение морали и норм обычного права.

Назвав эти условия, законодатель создал, выражаясь современным языком теории права, феномен правовой культуры. Во-первых, он определил пространство правового регулирования, когда перечислил требования к физическому состоянию лиц, вступающих в брак. Во-вторых, определил время правового регулирования, когда он назвал духовные условия заключения брака, сделав тем самым время не конечным, а длящимся1.

И, в-третьих, определил средства, воспроизводящие сам феномен управления, когда он выделил социальные условия, которые привносят в брачные отношения «управляемость» за счет «силы» других социальных отношений, тех, которые в повседневной жизни людей «управляются сами» и не требуют целенаправленного управления ими.
И, в-третьих, определил средства, воспроизводящие сам феномен управления, когда он выделил социальные условия, которые привносят в брачные отношения «управляемость» за счет «силы» других социальных отношений, тех, которые в повседневной жизни людей «управляются сами» и не требуют целенаправленного управления ими.

До принятия христианства на Руси семейные отношения регулировались в основном складывающимися веками обычаями и традициями.

Роль церковного права и светского законодательства заключалась в формировании семейно-правовых средств регулирования общественных отношений. Церковное право определяло правило (предписание), выступающее как требование должного поведения лиц, вступающих в брак. Обычное право регулировало поведение людей («сущее») в разнообразных, индивидуально неповторимых ситуациях их жизни.

Светское право выполняло функцию выявления и разрешения противоречия между «должным» и «сущим». 2. Одним из механизмов развития брачно-семейного законодательства России явилось выявление и разрешение правовых противоречий.

Основными правовыми противоречиями, определяющими развитие семейного права, явились: противоречия между традиционными (выраженными, главным образом, в христианстве) воззрениями на брак и необходимостью учитывать многоконфес-сиональность России; между судебной практикой и буквой закона; церковным правом и светским; обычным брачным правом патриархальной России и действовавшим законодательством.

Результатом разрешения противоречий явилось формирование собственного (отраслевого) метода правового регулирования брачно-семейных отношений. Церковное право охраняло «вечные», не допускающие интерпретации и доопределения идеи брака.

Обычное право обеспечивало воспроизводство правовых действий (обрядов, соглашений заключения и расторжения брака) за счет сохранения и трансляции процедур, создающих эти действия. Светское право разрабатывало принципы и правила реализации христианского учения о браке для обеспечения должного, желательного поведения людей, особенного для каждого исторического этапа развития России. 3. Семья стала объектом правового воздействия русского государства в период его становления.

Государство, выступая формой социальной организации жизни, регулировало нормами светского права внутренние и внешние отношения семьи, тем самым обеспечивало условия воспроизводства своей (государственной) власти. Анализ семейного законодательства показывает, что законодатель в своей законотворческой деятельности стремился таким образом построить семейно-правовые отношения, чтобы они, в свою очередь, создавали правовое поле, на котором могли бы воспроизводиться собственно государственные отношения. Историко-правовой анализ юридической практики дореволюционной России показывает, что законодательство преследовало цель, с одной стороны, обеспечивать особенные права родителей в отношении детей и, с другой, — ограничивать их в возможности применения этого права, т.

е. родители наделялись правами, идентичными судебной власти, хотя и нереализуемыми.

Можно утверждать, что у государства еще не было собственных механизмов правового воздействия на поведение людей кроме механизмов семейно-правового регулирования. Заметим, что не случайно использовалось выражение «родительская власть», которая выступала аналогом и правовым механизмом воспроизводства власти государственной.

Современные проблемы семьи определены разными факторами, но до сих пор главные из них создаются внутри государства: это политическая нестабильность, экономические кризисы, декларативность правовых норм, неспособность их обнаружить несоответствие закона существующим социально-экономическим условиям и др. 4. Начиная с реформ Петра I, государство стремилось законодательно обеспечить охрану своих социально-политических и экономических интересов. Правовым средством охраны политических интересов государства выступали нормы права, регулирующие личные отношения супругов, экономических -нормы, регулирующие их имущественные отношения.

Право, с одной стороны, выражало и объективировало государственную волю, обеспечивало создание условий воспроизводства государственной власти как таковой, с другой — дифференцировало структуру и связи права, т. е. обеспечивало воспроизводство возможности отношений людей быть управляемыми.

Как известно, современная отечественная теория права выделяет две формы права: 1) внешнюю — выражение и объективация нормативной государственной воли и 2) внутреннюю — структура и связи права1.

Историко-правовое исследование брачно-семейного законодательства в России показывает, что эти формы права исходно существовали как самостоятельные и относительно независимые. Право в дореформенной России существовало во внешней форме, т. е. оно выступало формой, в которой государство воспроизводило свою власть в системе социальных отношений.

е. оно выступало формой, в которой государство воспроизводило свою власть в системе социальных отношений. При этом не реализовалась другая его форма — воспроизводство механизмов регуляции индивидуального правового поведения.

Предположительно, средством обеспечения такого механизма стало правовое регулирование действий прекращения брака. Законодательное закрепление именно этих действий позволило включить личную инициативу человека к изменению отношений с людьми в механизм правового регулирования.

Тем самым законодатель создал условия возможности правовым отношениям воспроизводиться в каждом акте такой инициативы. 5. Развитие законодательства, регулирующего брачно-семейные отношения, имеет как общие закономерности, присущие разным историческим этапам, так и отличительные, характерные для конкретного этапа развития права в России.

Исторические этапы развития института семьи как объекта правового воздействия церкви и государства соответствуют последовательной смене представлений законодателя о субъекте брачно-семейного права. На первом этапе законодатель наделял большую семью (род) правами субъекта социальной жизни.

Правовое обеспечение воспроизводства семьи как социальной общности выражалось в желании законодателя установить равные и независимые права родителей и детей иметь свое собственное имущество. Имущественные отношения, в свою очередь, полагались независимыми от межличностных отношений, основанных на родительской власти.

Традиционным же для крестьянской семьи было право долевой собственности, при котором последняя была не личной, а родовой, семейной. Такие имущественные отношения в крестьянской семье выполняли функцию воспроизводства семьи как социальной общности. Общее семейное имущество формировало чувство «мы», «свои» в противоположность «они», «чужие»1.

На втором этапе — семья (союз супругов, родителей и детей) стала самостоятельным субъектом правовых отношений, на третьем — субъектом социального и правового поведения становится личность. Правовое регулирование имущественных отношений в семье приводило, с одной стороны, к развитию самой семьи как социальной общности и, с другой — формированию личности как особого социального качества человека. Отметим, что такое определение личности дает отечественная психология:

«В своей сущности личность есть иерархия социальных отношений»

2.

Человек, становясь субъектом права, приобретал качественно новые, собственно личностные свойства, которые в законодательстве послереволюционной России определят наделение и защиту качественно новых личных прав и свобод граждан.

В свою очередь, права и свободы граждан, составляя социальный и политико-юридический институт, не только 1 Подробнее см.: Поргинев Б.Ф. «Они» и «мы» как конституиишный признак психической общности //Материалы Ш Всесоюзного общества психологов СССР.- М., 1968; он же.

Социальная психология и история — М., 1966 — Гл. 2. 2 Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность.-М., 1975.

свидетельствуют об уровне развития общества, но и создают новый механизм реализации и воспроизводства власти1.

6. Одна из закономерностей становления брачно-семейного законодательства в России — правовое обеспечение возможности регулирования отношений между членами семьи. Исходным условием такой возможности является рождение ребенка. Если в семье до рождения ребенка отношения между супругами регулировались как отношения лиц, равных по правам и обязанностям, то появление ребенка перестраивает систему семейных отношений.

Они начинают функционировать как «вынужденно (в силу зависимого положения ребенка от родителей) неравные. Законодатель фиксирует отношение родителей к ребенку как главное условие продолжения (воспроизводства) жизни.

Неспособность несовершеннолетнего ребенка обеспечить собственное выживание без участия в этом родителей явилось тем основанием, которое использовал законодатель для утверждения необходимости выделить и юридически задать права и обязанности родителей.

Неспособность старых родителей обеспечить свое выживание потребовало определить, в свою очередь, права и обязанности детей. Правовое регулирование отношений супругов ограничивалось лишь обеспечением их личной безопасности в браке и имущественной неприкосновенности супругов.

Все иные межличностные отношения регулировались традициями, обычаями и церковными нормами нравственного поведения. 7. Светское законодательство в постреформенный период, регулируя имущественные отношения между супругами, родителями и детьми, стремилось ограничить правовое влияние церкви в обществе и развить личную правовую самостоятельность членов семьи.

Наделяя супругов и детей правом имущественной самостоятельности, законодатель был заинтересован экономически укрепить семейный союз как часть государственной системы и подчинить брачно-семейные отношения гражданско-правовому регулированию. К началу XX века каноническое учение о святости и нерасторжимости брака утратило свое влияние в обществе. Правовая практика выявляла расхождение реальных и декларируемых признаков брака, указывала на необходимость развития процедур заключения и расторжения брака, формирования новой правовой идеологии брака.

Новое светское брачно-семейное право охраняло, в первую очередь, экономические, политические и идеологические интересы государства. 8. Начало XX века знаменательно законодательными проектами, которые вводили в правовое пространство России правило сговора (соглашения) о вступлении в брак.

Норма о сговоре выступала компромиссом между обычным правом, по которому при вступлении в брак родительские семьи жениха и невесты заключали имущественный договор (сговор, соглашение о вступлении в брак), и запретом церковного права на договорные отношения в браке, основанном на убеждении, что брак является таинством, а не сделкой, и, кроме того, стремлением светского законодательства расширить сферу действия гражданско-правовых норм.

Рядные (или сговорные) записи регулировали имущественные отношения между сторонами до заключения брака.

В отличие от современного брачного договора они определяли имущественные отношения не между женихом и невестой, а их родами (родительскими семьями).

Сговор не создавал обязанности непременного заключения брака, однако, в случае его нарушения, стороны обязаны были возвратить полученные подарки и возместить убытки. Изучение сговорных записей по историко-правовым памятникам ХУ-ХУ1 веков показывает договорную природу правовых форм брачных отношений. Договор как форма отношений существовал еще до введения христианства на Руси, можно утверждать, что он заложил основу формирования правовой культуры брачно-семейных отношений на Руси.

9. Знаковым событием истории семейного права в начале XX века, определившим направление его дальнейшего развития, стал новый правовой институт раздельного жительства супругов. По установленным законом основаниям и решению духовного суда замужняя женщина могла свободно получить отдельный вид на жительство, не спрашивая согласия мужа.

Норма о раздельном жительстве супругов создавала новое правовое видение брачно-семейных отношений: она не только отражала «естественные» социальные изменения семьи и устраняла неравноправие женщины в выборе места жительства, но главным образом меняла правовой статус супругов как субъектов права: личность, а не государство стала определять, как ей самостоятельно и ответственно построить свою семью. Эти идеи, так и нереализованные в послереволюционной России, получают новое прочтение в современном законодательстве, служа экономическому и духовному возрождению нашей Родины.

Семейное законодательство российской империи

Существенное реформирование брачно-семейного законодательства произошло в эпоху императора Петра I и коснулось всех отраслей права.

Брачные отношения в допетровский период регулировались смешанными нормами русского обычного права, византийских светских законов и канонического права православной церкви.

В период царя Петра 1болыная часть гражданских дел, касающихся семейных отношений, из ведения церковных судов была передана судам светской власти. Наступило время, когда долго применявшиеся и не до конца адаптированные к отечественным условиям нормы византийского семейного права уступили место русскому законодательству. Особенностью отечественного семейного права в эпоху Петра I являлось распространение юридической силы семейных норм как на православных подданных, так и на иноверцев.

Кроме того, произошло уравнение общественного статуса супругов, хотя внутрисемейный статус мужа и жены мало изменился. Так, принятая в 1722 г. Табель о рангах устанавливала, что «замужние жены поступают в ранги по чинам мужей их».

Манифестом 1775 г. этот порядок был подтвержден и было предписано женам всех классов пользоваться преимуществами своих мужей, и с этих пор предоставление прав состояния от мужа жене всегда было правилом для браков между лицами свободных состояний. Так же как и общность состояния, к числу естественных последствий брака относились общность официального постоянного места жительства супругов, что влечет за собой обязанность супругов жить вместе.

Так же как и общность состояния, к числу естественных последствий брака относились общность официального постоянного места жительства супругов, что влечет за собой обязанность супругов жить вместе. Ранее законы также предполагали совместное проживание супругов, но не устанавливали как прямую обязанность.

Из установленной вновь обязанности существовало одно исключение: за супругом, осужденным к ссылке, другой супруг не обязан был следовать, хотя до Указа Петра I жена и в этом случае обязана была следовать за своим мужем. Несмотря на свободу вступления в брак, действовали и отдельные ограничения.

Так, запрещалось допускать к вступлению в брак душевнобольных лиц как не могущих выразить свою волю. Указом от 06.04.1722 «Об освидетельствовании дураков» запрещалось жениться и выходить замуж и давать венечную память «таковым, которые ни в науку, ни в службу не годились и впредь не годятся».

Впоследствии решением Государственного Совета от 18.07.1815 было уточнено, что положения Указа от 1722 г. было предписано применять только в отношении лиц, являющихся слабоумными от рождения. При вступлении в брак от дворян требовалось наличие определенного уровня образования — знание арифметики и географии.

К неявным способам ограничения брачной свободы следует отнести введение института обязательного согласия начальства на вступление в брак для военнослужащих в качестве одного из условий действительности брака (в 1722 г. — для гардемаринов, в 1764 г. — для пехотных полков, в 1766 г.

— для кавалерии) по причине того, что брак мешает службе, или из-за недостаточности имущественного состояния (до достижения 28-летнего возраста). Запрещалось лицам, состоящим на гражданской службе, вступать в брак без дозволения своего начальства по службе; в установленных случаях требовалось позволение государя. Вначале это касалось лесных, медицинских чиновников, служащих по военной части и чиновников дипломатических, а с 1833 г.

вступило в силу общее запрещение.

Правило о необходимости дозволения господина для вступления в брак его крепостных, признанное каноническим правом и действовавшее на Руси, было подтверждено Петром Великим и его преемниками и вошло в Собрание Законодательства 1830 г. По случаю вступления в брак крестьяне платили своему поземельному владельцу пошлину. Крепостная, выходя замуж на сторону (когда выходила из зависимости от прежнего господина), должна была получить от своего владельца отпускную с обозначением в ней уплаченного количества выводных денег.

В период правления Петра I существенно изменились условия вступления в брак. Так, Указом Петра 1714 г. о единонаследии был установлен брачный возраст: 20 лет для жениха и 17 лет для невесты, что расходилось с представлениями канонического права о брачном возрасте, поэтому положения Указа не нашли поддержки ни у церковной власти, ни у населения и были отменены. По Указу Синода 1774 г., исходя из церковной практики, был установлен другой брачный возраст: для жениха — не менее 15 лет, для невесты — не менее 13 лет.

При этом священникам строго предписывалось разведывать у вступающих в брак достижение указанного возраста. Данный брачный возраст действовал до 1830 г., когда государь император повелел определить брачный возраст: 18 лет для мужчины и 16 лет для женщины (достижение гражданином совершеннолетия). Указом Синода 1774 г. был установлен предельный возраст (перезрелость) для вступления в брак — 80 лет.

Поводом для установления этого правила стал брак в 1744 г. 82-летнего старика Григория Ергольского с Просковьей Девятою. Московский архиерей Иосиф представил этот факт на рассмотрение Синода как сомнительный по своей законности.

Синод, изучив дело, определил, что

«брак установлен для умножения рода человеческого, чего от имеющего за 80 лет надеяться весьма отчаянно»

.

Другим важным условием вступления в брак в Петровскую эпоху являлось отсутствие родства или свойства между лицами, желающими вступить в брак. Действующие ограничения побудили правительство страны в 1765 г. дать Синоду предписание пересмотреть перечень запрещенных степеней родства, в результате чего в 1810 г.
дать Синоду предписание пересмотреть перечень запрещенных степеней родства, в результате чего в 1810 г.

Синодом было установлено запрещение на брак до четвертой степени родства включительно. Обеспечивая свободу вступления в брак, Петр I повелел в 1722 г. преследовать светским судом насильственное похищение женщины.

Кроме того, Петр подтвердил право церковной власти судить дела о принуждении к браку детей родителями, а крепостных — господами и своим Указом 1724 г.

установил правило, чтобы перед совершением брака родители (или заменяющие их лица) и господа до совершения венчания предавались присяге, что они не делают никакого принуждения лицам, вступающим в брак. В 1775 году присяга со стороны родителей (их заменяющих) была отменена, но основные положения о том, что брак не может быть законно совершен без добровольного и непринудительного согласия в него вступающих, были сохранены в Своде Законов Российской Империи 1880 г. (далее — СЗРИ). При Петре I подвергались модификации процедуры заключения брака.

С целью лишения сговора (обручения) имущественно-обязательной силы как самостоятельной от венчания процедуры Высочайшим Указом 1702 г.

были запрещены составление сговорной записи и установление брачных неустоек (на случай отказа от брака без основательной причины). Была сохранена лишь часть предбрачного договора — обязательства выдачи приданого, если брак состоится.

Указом предусматривалось проведение обручения за шесть недель до венчания, была отменена его обязательная сила, после обручения жених и невеста могли расходиться. Это противоречило церковным правилам 0 нерушимости обручения, и Синод в 1775 г.

предписал совершать церковное обручение в одно время с венчанием. С тех пор обручение стало простым церковным обрядом, а сговор принял характер семейного обряда без установления юридических последствий.

С царствованием Петра I связано появление в России смешанных интерконфессиональных браков. Например, Указом Святейшего Синода 1721 г.

шведам, жившим в Сибири, после победы в Северной войне было разрешено вступать в брак с русскими. Для этого пленным шведам было необходимо: а) принять русское гражданство; б) дать подписку о несоврагцении православного супруга в свою веру и об обязательстве воспитывать детей в православии.

Это правило в дальнейшем было изменено постановлением Екатерины Пв 1768 г., согласно которому

«разрешалось воспитывать сыновей в отцовской, а дочерей в материнской вере»

.

Большинство реформ Петра I связано с его решительными действиями по снижению влияния церкви на внутригосударственные дела. С этой целью он после смерти патриарха Адриана в 1700 г.

упразднил патриаршество и заменил его сначала Монастырским приказом в 1701 г., а затем гражданским учреждением — Святейшим Синодом в 1721 г.

Это позволило императору и Синоду вмешиваться в любые дела церкви и решать вопросы не церковным каноном, а по усмотрению императора, руководствуясь государственной целесообразностью.

Действия Синода также санкционировались императором, который с 1700 по 1917 г. считался главой Русской православной церкви.

В эпоху правления Петра I начинается новый этап развития в истории института семейного развода, отличающийся стремлением к ограничению разводов. Законодательство о браке продолжало подчиняться каноническим началам, и развод рассматривался как зло, с которым надо бороться.

В эту эпоху получили развитие три формы правового регулирования процесса развода: 1) стали возможными разводы знатных персон по «высочайшему усмотрению» в обход церковных учреждений; 2) снижалось число личных причин, на основании которых разрешалось просить развод; 3) появилась тенденция уравнять женщин с мужчинами в праве требовать развода.

Законодательство включало в себя следующие поводы к разводу: прелюбодеяние, наличие другого нерасторгнутого брака, неспособность к брачному сожитию, тяжелая болезнь супруга, длительное безвестное отсутствие супруга, вечная ссылка супруга на каторжные работы с лишением его всех прав состояния, покушение одного супруга на жизнь другого, принятие монашества. Прелюбодеяние означало нарушение супружеской верности любым из супругов и являлось наиболее часто использованным поводом к разводу. С просьбой о разводе в связи с прелюбодеянием (с указанием лица, с которым неверный супруг вступил в связь, и свидетелей) обращались на высочайшее имя, и документ направляли в местную дикасте- рию (с 1744 г.

— консисторию). Дела рассматривались Духовной консисторией, представлявшей мотивированное решение на утверждение Епархиальному архиерею, который мог его утвердить или изменить. Для расторжения брака основанием служил просто факт непристойного поведения одного из супругов. В результате принятия решения о разводе виновная (по причине прелюбодеяния) жена, помимо лишения навсегда брачной правоспособности, подвергалась также дополнительным духовным и гражданским наказаниям.

Духовное наказание заключалось, как правило, в семилетней епитимии с содержанием в течение года в монастыре. Допускались случаи наложения даже 15-летней епитимии.

В качестве гражданских наказаний применялись наказания плетьми, ссылка на прядильный двор и даже в Сибирь. Согласно Указу Святейшего Синода от 22.08.1748, женам стали возвращать добрачное имущество, но лишь в размере, необходимом для пропитания, а собственниками реального имущества становились дети от расторгнутого брака.

В случае прелюбодеяния со стороны мужа судебная практика, как правило, содержала одно наказание: поручение таких мужей после расторжения брака смотрению их духовных отцов. Нередко поводом для расторжения брака являлось наличие другого нерасторгнутого брака. Это стало возможным потому, что среди простого народа сохранялись еще древние языческие обычаи неформального развода и многобрачия, а священнослужители при сборе необходимых сведений о вступающих в брак проявляли обычную небрежность.

Так, в качестве примера подобного рода А.И. Загородский указывает на некоего Ивана Филиппова, который в течение одного года последовательно женился на пяти женах. Именно в период империи существенные изменения претерпели личные права и обязанности супругов, в первую очередь связанные с положением женщины.

Власть мужа, формально сохранившаяся до 1917 г., приобретает цивилизованные формы. Так, с 1845 г. муж был не вправе подвергать жену физическому насилию, невозможным становится насильственное пострижение в монахини.

Внутренние отношения супругов в браке все более точно закрепляются законодательно:

«Муж обязан любить свою жену, как собственное тело, жить с нею в согласии, уважать, защищать, извинять ее недостатки и облегчать ей немощи»

; «Жена обязана повиноваться мужу своему как главе семейства, пребывать к нему в любви и неограниченном послушании, оказывать ему всяческое угождение и привязанность как хозяйка дома». С XVIII века меняются и имущественные отношения супругов.

Переход от идеи власти мужа над женой к идее опеки над ней и затем к идее простого первенства мужа в общесемейных делах отразился и на имущественных отношениях, привел к существенному ослаблению имущественных прав мужа. С петровских времен приданое жены рассматривается как ее раздельная собственность, которой муж не может даже пользоваться. Муж мог распоряжаться имуществом жены только по ее доверенности как обычный представитель.

Исследователи отмечают, что имущественные отношения между супругами в России значительно отличаются от подобных отношений в европейских странах, где существовало чрезвычайно большое разнообразие семейно-имущественных систем. В организации имущественных отношений между супругами в европейских государствах различались следующие типичные варианты.

  1. 3. Система управления и пользования мужа: имущество, принадлежащее жене до брака или приобретенное ею во время брака, остается ее собственностью, но находится в управлении и пользовании мужа.
  2. 2. Система частичной общности: общим делается не все имущество супругов, а только некоторые его виды (например, движимое имущество или имущество, приобретенное с момента вступления в брак). При этом общее имущество находится в руках мужа.
  3. 1. Система полной имущественной общности: отдельное имущество жены и мужа и имущество, нажитое в браке, считается общим, но оно находится в управлении и пользовании мужа.

В данной связи законодательно одна из этих систем устанавливалась законной (как правило, система частичной общности), а супругам предоставлялось право определить в брачном договоре свои имущественные отношения, выбрав какую-либо иную систему.

На Западе было широко распространено отрицательное отношение к римской системе раздельности, как и вообще к римскому построению свободного брака «без власти». Тем не менее система раздельности начала завоевывать симпатии: с 1882 г.

она стала законной в Англии и была принята в Италии.

Германия и Франция, где существовала система «общности» в качестве законной, вынуждены были в конце XIX в. сделать частичные уступки, признав за женой не зависящее от мужа право на имущество, приобретенное ее собственным трудом.

Сравнивая европейское и русское право, И.А.

Покровский делает вывод о том, что русское право, отставшее от права западноевропейского, в этом вопросе стоит в передовой шеренге. Наши гражданские законы определенно говорят, что браком не составляется общего владения в имуществе супругов; каждый из них может иметь и вновь приобретать отдельную свою собственность (ст. 109 т. X Свода законов Российской империи).

С петровских времен смягчается власть родителей над детьми. Право начинает признавать за детьми собственную правоспособность и рассматривать их как субъектов права, нуждающихся в охране не только с внешней стороны, но и внутри семьи.

Устанавливается ряд ограничений для отцовской власти (запрещаются убийство детей, продажа их и т.п.), однако право применять физические наказания в отношении детей не было отменено до революции 1917 г.

Оценивая развитие брачно-семейного права в период царствования Петра I, можно сделать следующий вывод: реформы Петра 1положили начало новому периоду в прогрессивном развитии отечественного семейного права, связанному с принятием государством на себя более активной роли в данной сфере общественной жизни путем пересмотра устаревших норм брачно-семейного законодательства, усиления роли светского законодательства и судебной практики. Анализируя итоги развития семейных отношений в России, можно сделать вывод о том, что именно в течение XIX — начала XX в.

в регулировании семейно-брачных отношений был сделан значительный шаг вперед по сравнению с предшествующими периодами. В проведении государственной семейной политики главная роль отводилась церкви во главе со Святейшим Синодом.

Светским законодательством регулирование семейных отношений на всем протяжении русской истории было крайне незначительным. До Октябрьской революции 1917 г. брачно-семейное законодательство России так и не стало ни полностью светским, ни хотя бы единым для всех подданных, оставаясь раздельно- конфессиональным.

С одной стороны, это было свидетельством веротерпимости, с другой стороны, на рубеже XIX—XX вв. начала постепенно ощущаться потребность в альтернативном едином светском законодательстве, допускающем браки между лицами разных религий, развод по взаимному согласию в светском браке, наконец, гражданские браки.

Однако последние не только не были разрешены в Российской империи, но даже формально не признавались. Более того, в 1902 г. Россия отказалась подписать Гаагскую конвенцию, которая предусматривала взаимное признание браков, заключенных в иностранных государствах по их законам.

Между тем во многих западноевропейских государствах — Франции, Бельгии, Голландии, Италии, Швейцарии, Германии, Испании, Австрии — действовал обязательный гражданский брак; в Англии, Швеции, Норвегии — произвольный гражданский брак.

Проблемы введения гражданской формы регистрации брака и упрощения процедуры развода оставались наиболее острыми в семейных правоотношениях России вплоть до революции 1917 г.

Вопрос о приведении к единообразию законов о браке впервые в России частично был решен к 1830 г., когда завершилась кодификация всего законодательства, в ходе которой в него были внесены нормы, регулирующие и новые семейные правоотношения, порожденные общественным развитием. В результате кодификации появилось Полное собрание законов Российской империи, в 25-м томе которого были сведены все изданные и вступившие в силу акты, имеющие отношение к проблемам семейного права и семейных правоотношений.

В последующем действовавшие семейно-правовые акты, рассматривавшиеся как составная часть гражданского законодательства, вошли в первую книгу («О правах и обязанностях семейственных») десятого тома Свода законов Российской империи (Свод законов гражданских), составленного к 1909 г.

на основе Полного собрания законов. При этом многие нормы не были включены в Свод законов: таковы постановления брачного права, вошедшие в Устав Духовных консисторий, или другие, совсем не кодифицированные.

Размещение раздела законодательства «О правах и обязанностях семейственных» в Своде законов гражданских не свидетельствует о том, что семейное право являлось составной частью гражданского права.

Так, Д.И. Мейер утверждал, что учреждение семейного союза чуждо сфере гражданского права, а в курсе «Русского гражданского права» приходится отступать от этой последовательности, так как в преподавание гражданского права положено включать также учение о семейном союзе.

Кроме того, Свод законов гражданских не являлся Гражданским уложением, подобно западноевропейским кодексам, так как в него было включено много статей, юридическая сила и смысл которых определялись исключительно первоисточником. Не являясь Гражданским уложением, он не определял семейные отношения как предмет регулирования, свойственный гражданскому праву.

При этом брачные и семейные отношения, носящие личный характер, продолжали регулироваться церковным правом и оставались в ведении церкви. Следовательно, нет достаточных оснований делать вывод о том, что семейные отношения в дореволюционной России регулировались гражданским правом. Исследуя гражданские и семейные отношения, многие ученые еще в конце XIX— начале XX в.

указывали на особенности семейных отношений, отличные от других видов общественной деятельности.

Наиболее обстоятельно особенности семейного права были исследованы А.И. Загоровским, который в 1902 г.

издал первый учебник по семейному праву и определил элементы брака: во-первых, естественный (физиологический), половой; во-вторых, нравственный (этический); в-третьих, экономический, порождающий хозяйственную связь; в-чет- вертых, юридический как определяющий взаимные права и обязанности супругов; в-пятых, религиозный, так как ни одна религия не относится безразлично к браку. Анализ брачно-семейного права дореволюционной России свидетельствует, что российское семейное право всегда было и остается тесно взаимосвязанным с культурой, этикой, нравственностью российского общества, которые долгие годы олицетворяла собой, прежде всего, христианская религия. Российское брачно-семейное право являлось церковно-государственным, и до 1917 г.

сохранялось раздельное регулирование личных неимущественных и имущественных отношений.

Это вело к формированию двух параллельно существующих и формально независимых комплексов семейно-правовых нормативных актов и семейных правоотношений.

По своему происхождению семейное право, как и гражданское, обычно относят к сфере частного права.

По всей видимости, данная характеристика относительно происхождения справедлива.

Однако, характеризуя исследуемый нами период, И.А. Покровский утверждает, что во всех более развитых правовых системах частноправовой режим свободы и децентрализации применяется главным образом к сфере экономических отношений, кроме отношений семейных. В период империи в России акты церковного права и светского законодательства императивно регламентировали все стороны брачных и семейных отношений.

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+